В суде по делу Немцова разразился скандал из-за «придворной Кадырова»

По делу об убийстве Бориса Немцова в четверг в суде была допрошена Ксения Штыркина, бывшая девушка одного из подсудимых, Шадида Губашева. Обсуждение показаний Штыркиной вылилось в перепалку сторон защиты и обвинения, причем «камнем преткновения» стало поведение пришедшей в суд чеченской правозащитницы.

В суде по делу Немцова разразился скандал из-за «придворной Кадырова»

Со слов Ксении Штыркиной, в период, предшествующий убийству Бориса Немцова, и сразу после этого Губашев вел открытый и размеренный образ жизни, не нуждался в деньгах, не интересовался политикой и не реагировал на чьи-либо провокационные действия, связанные с оскорблением чувств верующих.

Впрочем гособвинитель Мария Семененко сразу подметила расхождения в этих показаниях с теми, что свидетельница давала на предварительном следствии — на это она обратила внимание присяжных. Но та форма, в которой это сделала прокурор, возмутила адвокатов подсудимых.

Гособвинение и защита поссорились между собой прямо в заседании и, как выяснилось, для этого была серьезная причина, связанная с безопасностью коллегии.

Судья сразу, как началось заседание, расспросил присяжных, не подвергались ли они какому то давлению с чьей бы то ни было стороны.

«Никто вам не звонил? Никто не интересовался вашим мнением, позицией?» — таких вопросов было задано не меньше десятка. Получив на них отрицательные ответы, судья предложил гособвинителям продолжить предъявлять свои доказательства (именно в этой стадии сейчас находится процесс). Но оказалось, что намеченный на эту дату допрос состояться не может — пропала свидетельница, судя по названным фамилии и имени — землячка подсудимых.

— Нам сначала сказали, якобы, у нее свинка, но выяснилось, что она вообще уже не проживает по указанному адресу, что с ней — не известно, будем выяснять, — сообщила гособвинитель Мария Семененко.

Вместо пропавшей решили допросить Ксению Штыркину, 86 года рождения, жительницу Одинцово, сотрудницу одного из коммерческих банков. Она рассказала, что знает троих подсудимых — Шадида и Анзора Гбашевых и Хамзата Бахаева.

— С Шадидом я встречалась, неприязни ни к кому из подсудимых нет, — ответила свидетельница на заданные прокурором вопросы.

По ее словам, познакомилась она с Шадидом в 2011 году в деревне Козино Одинцовского района, где они играли в волейбол. А встречаться с ним стала в 2013 году. С Анзором Губашевым и Бахаевым она познакомилась через Шадида, поскольку все трое жили вместе — снимали в Козино двухэтажный дом.

На первом этаже, где бывала Штыркина, жили братья Губашевы, а Бахаев проживал на втором этаже, куда она никогда не поднималась. Соединяются ли между собой эти этажи или на второй ведет отдельный вход, она не знает. Дом, по словам Штыркиной, Губашевы и Бахаев снимали уже «лет шесть» (в обвинении значится, что они его нашли незадолго до убийства Немцова).

— В начале осени 2014 года у Шадида была БМВ темно-синяя, потом он купил черную, примерно в конце октября — ноябре, — поясняла свидетельница. — У Анзора был отечественный серебристый автомобиль, Бахаев ездил на черном джипе.

Штыркина заявила, что джип был рабочей машиной Бахаева, а еще у него был личный автомобиль, но какой, она не знает. Каждый ездил только на своем автомобиле и за рулем БМВ Шадида она никогда не видела Анзора.

— Работал Анзор, по ее словам, охранником в каком-то из московских магазинов, а до этого трудился вместе с Бахаевым в фирме, «связааной с телекоммуникациями, связью, телефонами». У Шадида был КАМАЗ, на котором он работал «до последнего» и вполне прилично зарабатывал — свидетельница никогда не видела, чтобы он просил у кого-то в долг. Вторую БМВ, вместо темно-синей черную, сказала Штыркина, Шадид Губашев купил в кредит, с которым ему помогла его другая бывшая девушка.

Свидетельница также рассказала, что происходило в день убийства Немцова и в последующие дни.

— 27 февраля 2015 года был обычный рабочий день — я находилась дома и на работе, мы с Шадидом переписывались: «Как дела, что делаешь».

— Вы его видели в тот день?, — спросил гособвинитель

Нет, — ответила Штыркина.

Не видела она также ни Бахаева, ни Анзора Губашева. А 28 февраля, по ее словам, она была на дне рождения и Шадид ее оттуда забрал ближе к восьми вечера.

— Приехал за мной на БМВ в деревню Козино, — пояснила свидетельница. — Поехали ко мне домой в Одинцово, это была суббота. А в воскресенье поехали к моим друзьям в Химки поздравить их с рождением дочери. Второго марта утром я поехала на работу, а Шадид поехал домой в Козино. Потом позвонил и сказал что поехал на родину.

Еще читать  Online [Free Watch] Full Movie Woodshock (2017)

Его поспешный отъезд, как утверждает свидетельница, ее не удивил

— С утра не предупреждал, что собирается ехать, но мы раньше это обсуждали, Я поехал к маме, сказал. — заявила она и уточнила, что, кажется, в Чечню.

Адвокаты подсудимых выяснили у свидетельницы, обсуждались ли у Губашевых карикатуры на пророка Мухаммеда, велись ли политические разговоры, пользовался ли Шадид интернетом.

На все вопросы Штыркина ответила отрицательно, насчет интернета сказала, что пользовался он только ВотсАп, если можно считать это интернетом.

И тут встал сам Шадид.

— Привет, — вкрадчивым голосом поздоровался он с бывшей.

— Привет, — и ее бойкий до этого голос притих

— Скажи пожалуйста когда я тебе говорил про кредит? Вообще, обсуждал это с тобой? — спросил Губашев.

— Нет, я об этом узнала потом, — ответила Штыркина пояснив, что теперь «более тесно общается с его бывшей девушкой», которая и «помогала с кредитом».

— А помнишь точно когда я продал старую машину?

— Примерно осенью, — дрожь в голосе Штыркиной слышашалась отчетливей

— Старую я продал летом, а черную купил в августе, — поправил ее Губашев. — Говорил ли я тебе, что моя мама живет в Чечне?

— Нет, — еще тише отвечала свидетельница.

— Так в Чечне или Ингушетии?, — настаивал Губашев. — Не волнуйся, спокойно говори.

— Сестра — в Чечне, а мама — в Ингушетии, — поправилась Штыркина.

Когда они таким образом уточнили нюансы дела, прокурор Мария Семененко решила огласить присяжным протокол допроса Штыркиной на предварительном следствии.

— Раньше свидетельница говорила, что не знает, чем занимался Шадид до 2011 года, — комментировала гособвинитель расхождения в допросах.

— «Шадид добрый мудрый и терпеливый, очень трепетно ко всем относится», — процитировала Семененко Штыркину и не удержалась, чтобы не съязвить: «В общем, лучшие люди у нас тут на скамье подсудимых!»

— Зачем вы так говорите! — подскочили адвокаты, — Это давление на присяжных!

В ответ Мария Семененко, сделав жест в сторону адвокатов, бросила фразу о том, что «кто-то вообще непонятно зачем снимал присяжных на камеру».

Судья моментально удалил присяжных и попытался урезонить стороны. Но это оказалось непросто.

— Говоря о том, что кто-то записывал присяжных, прокурор показывала на меня, — возмутился адвокат Заурбек Садаханов и пояснил судье, что произошло накануне в коридоре суда.

— У Семененко возник скандал с общественницей, которую по ее приказу приставы обыскали и ничего не нашли. По данному факту была написана жалоба в генпрокуратуру, где изложен факт агрессивного поведения Семененко, еще одна жалоба разбирается сейчас у Федотова (глава СПЧ — «МК»), — заявил Садаханов.

— Мария Эуардовна, не надо на такие вещи обращать внимание присяжных, — призвал прокурора судья.

— Хорошо, на это обратят внимание другие органы, — отрезала прокурор.

— Уже обратили, — парировали адвокаты.

— Сколько вам нужно времени чтобы пообщаться друг с другом в такой манере? А я пойду пока, — сказал тогда судья и объявил перерыв.

В перерыве защитники подсудимых рассказали, что накануне заседание решила посетить известная правозащитница Хеда Саратова. И Марии Семененко показалось, что она снимает присяжных на телефон. Семененко позвала приставов, те проверили телефон правозащитницы, но искомых записей в нем не оказалось. Адвокатов возмутило то, как Семененко разговаривала с правозащитницей, по их словам, очень грубо.

А вот адвокат семьи убитого политика, Вадим Прохоров, не вдаваясь в оценку тона прокурора, считает, что по сути она действовала законно и правильно, раз у нее возникли хоть малейшие подозрения в безопасности присяжных.

— Коллегию и так еле удалось собрать, — говорит адвокат. — Все же понимают, кто сидит на скамье подсудимых и какие силы стоят за этим преступлением. Люди просто боятся, что тут таить. Гособвинитель увидела, что правозащитница — а ее многие называют «придворной Кадырова», поскольку помнят, что случилось с Натальей Эстемировой — как-то странно держала телефон, пока проходили присяжные. У прокурора возникло опасение за их безопасность и она приняла меры.

Источник


Комментарии:

Добавить Комментарий

Яндекс.Метрика