Турция после путча ищет виноватых в стране и за рубежом

Еще более 15 тысяч госслужащих были отстранены от работы в Турции, говорится в постановлении правительства страны, обнародованном 22 ноября. Все эти люди подозреваются в связях с FETO – организацией опального турецкого проповедника Фехтуллаха Гюлена, с 1999 года проживающего в США. Его, напомним, власти Турции считают отечественным за попытку путча, предпринятую в июле этого года. Нынешний год в целом стал непростым для Турции. Президенту страны Реджепу Тайипу Эрдогану в июне удалось преодолеть кризис в отношениях с Москвой, осложнившиеся после инцидента с российским Су-24, сбитым турецкими ВВС 24 ноября 2015-го. А в ночь на 16 июля 2016 года в Турции произошла попытка военного переворота, закончившаяся провалом, но унесшая жизни 240 человек (и более 2000 человек были ранены). Турецкие власти не просто обвиняют FETO в произошедшем: по мнению многих, фехтуллахисты (как их называют турки), равно как и их идейный лидер, действовали не самостоятельно, – за ними могли стоять внушительные внешние силы. Что думают турецкие политики, в том числе, оппозиционные, о путче? Почему США не спешат выдавать Турции — своему партнеру по НАТО — Гюлена? Как в самый ответственный момент 16 июля Эрдогану удалось обратиться к народу с призывом противостоять путчистам?

Турция после путча ищет виноватых в стране и за рубежом

«Фигура Гюлена — часть политики США»

Пожалуй, сложно найти в недавней истории Турции более мощный фактор единения народа, чем провалившийся июльский путч. Если для военных он закончился провалом и чистками, то для официальных властей — полнейшей победой в борьбе за умы и сердца людей.

«Я выходил на улицу не за Эрдогана, — рассказывает 27-летний Муаммер Полад из Анкары, получивший в ходе июльских событий ранения в грудь и бедро. — Я думал о своей стране и о своей семье, и не хотел того хаоса, что творится в Сирии. Это (выступление против путчистов) было единением всего народа. на улицу вышли даже курды!»

Простым гражданам вторят и политики. Даже представители оппозиционных правящей Партии справедливости и развития политических движений выступили в данном случае единым с нею фронтом. И это не удивительно, ведь, по устоявшемуся мнению, путчисты стремились не только к смене власти.

«Целью переворота было спровоцировать гражданскую войну в Турции», — считает, в частности, депутат Народно-республиканской партии (НРП) Мустафа Балбай, который также уверен: за фехтуллахистами стоят США. «Сейчас Гюлен в Америке, и когда меня спрашивают о его местонахождении, я всегда подчеркиваю — он у себя дома, — продолжает политик. — Что я имею в виду? Его фигура — часть американской политики».

Версия о причастности США к перевороту вообще весьма расхожая, и, хотя, требуя выдачи Гюлена, Анкара прямо не обвиняет Вашингтон в участии в путче, мнение людей вполне определенное.

«Я считаю, что за переворотом стояли США, Великобритания, Германия и Израиль, — говорит еще один пострадавший в ходе путча житель Анкары, 62-летний пенсионер Рыфат Озер. — Переворот точно не выгоден России или странам Азии. А за Гюленом стоит ЦРУ, иначе почему США отказываются его выдавать?»

Выдача Гюлена Анкаре — один из острейших вопросов для Турции на сегодня. По словам советника премьер-министра Турции Мехмета Акарджи, переговоры с Вашингтоном на эту тему продолжаются, американской стороне было передано 80 коробок с документами, касающимися деятельности Гюлена. Однако , выражая свое частное мнение, г-н Акарджа полагает, что США опального турецкого проповедника не выдадут. «Если они это сделают, то многое может вскрыться, — говорит он. — Возможно, его перевезут в какую-то третью страну».

Тем не менее, какова бы ни была судьба Гюлена, в Турции уверены — в ночь на 16 июля турецкий народ доказал свою верность принципам демократии и отстоял их.

Некоторые даже говорят о том. что убедительная народная победа над путчистами — ознаменовала собою «конец эпохи переворотов». Такую точку зрения, в частности, озвучил Орхан Чары Бекар, член правления «Ассоциации 15 июля», занимающейся поддержкой жертв путча. «Мы были на улицах вместе, мы готовы были отдать свои жизни. И теперь эпоха опеки со стороны военных, позволявших себе вмешиваться в государственные дела, эпоха переворот — закончилась. Поставлена точка. И отныне у нас эпоха демократии и единства нашего народа».

Можно долго спорить о том, из каких соображений те или иные люди вышли на улицы противостоять путчистам: из-за антипатии к ним, из-за симпатии к Эрдогану, или просто опасаясь гражданской войны и хаоса. Но нельзя отрицать той роли, которую сыграло в объединении народа обращение президента Турции к согражданам в эфире телеканала CNN Turk.

Роль СМИ: «Мы стали частью истории»

«Обычно мы лишь передаем новости», — начинает свой рассказ начальник новостной службы канала CNN Turk Ферхат Боратав.

Г-н Боратав уверен — при обсуждении событий июля 2016-го уместнее говорить о перевороте, а не о его попытке: «Я называю это неудачным переворотом, потому что попытка это все-таки что-то меньшего масштаба, чем то, что произошло 15 июля. В этот день все видели на улицах танки, самолеты в воздухе, солдат. Да, это был переворот, но неудачный».

«В тяжелые моменты даже самые сильные лидеры идут на отчаянные меры, и, думаю, неудивительно, что Эрдоган прибегнул к ним. — рассуждает он о том, почему турецкий президент вышел в эфир именно CNN Turk. — Примерно два года назад у правительства и Эрдогана были проблемы с CNN Turk: не у нас были проблемы с ними, а у них с нами. Они отказывались появляться на CNN Turk, приходить на наши передачи. Но нам удавалось говорить с ними вне передач. В ту ночь было то же самое. Наш журналист разговаривала с людьми Эрдогана, но не только с ними, а также с министрами. Ведущая рассказывала, что они пытались найти нас разными путями, президент ведь был не в Анкаре в тот момент. Он делал заявления для местной прессы, но у журналистов не было возможности транслировать их в прямой эфир. Ведущая CNN сказала людям президента, что никто не видел его заявлений, и предложила появиться на CNN Turk».

Еще читать  Не дразните казаков: губернатор Кондратьев ответил Украине, пожелавшей вернуть Кубань

«Наша ведущая появилась на экране в студии в прямом эфире и сообщила, что президент будет на связи с минуты на минуту. — продолжает г-н Боратав. — Так все, в том числе и я, узнали, что сейчас будет интервью президента. Многие меня спрашивают, особенно иностранные медиа, — как вы решились на это, как вы пошли на этот риск, потому что если бы переворот удался, вас бы наказали. Я отвечаю — мы не решались на это, это просто произошло. Выбирали ли люди президента CNN Turk целенаправленно, не знаю».

Тем не менее, появление Эрдогана через FaceTime именно в эфире CNN Turk сыграло свою роль: репутация канала такова, что мало кто мог решить, будто бы речь идет о каком-то фейке.

Телевидение использовали не только власти, но и путчисты.

Их выбор пал на общественный телеканал TRT, который, конечно, уступает CNN Turk по охвату аудитории, но также имеет крепкую репутацию и внушительное количество зрителей. Сперва военные, ворвавшиеся в телецентр, хотели зачитать свое заявление самостоятельно, рассказывает новостной координатор TRT Фатих Щахинез. Их было порядка ста человек — они в буквальном смысле уложили всех находившихся в студии лицом в пол, угрожая оружием. После переговоров с кем-то из своих соратников путчисты решили все-таки заставить ведущую зачитать сообщение о том, что власть переходит в их руки. При этом речь ведущей в прямом эфире была записана и затем транслировалась непрерывно еще несколько раз.

Последствия путча для TRT оказались значительными: более тысячи сотрудников телеканала (а всего на нем работает порядка девяти тысяч человек) были заподозрены в связях с фехтуллахистами. Часть из них была отстранена от работы временно, часть — уволена. Сотрудница, зачитавшая сообщение путчистов, по-прежнему работает на телеканале.

Версия о причастности ЦРУ к путчу выгодна для России

– Полагаю, что все подробности о перевороте мы узнаем лишь через несколько лет, а, возможно, и через десятки лет, когда вскроются все архивы, – отметил в беседе с «МК» востоковед, политолог, доцент кафедры теории и истории международных отношений СпбГУ Александр СОТНИЧЕНКО. – Сейчас же версия о том, что за переворотом стоит именно Фехтуллах Гюлен и его организация, является официальной. Эрдоган в результате военного переворота в июле смог очень серьезно укрепиться у власти, и в настоящее время фактически диктовать собственные условия – не только своим последователям, но и сторонникам различных оппозиционных течений, – поскольку неприятие официальной версии о перевороте влечет немедленное привлечение к ответственности по делу об организации переворота. Мы знаем, какие репрессии постигли турецкое общество после путча. И в этой связи в турецком обществе на тему переворота восторжествовал консенсус вокруг властей, никто не стремится изменить эту ситуацию, так как это просто опасно.

– Многие в Турции говорят, что провалившийся июльский путч ознаменовал «конец эпохи переворотов» для страны. Мы знаем, какую роль подобные события играли в турецкой истории, – действительно ли можно сказать об исчерпании некоего «лимита» на насильственную смену власти?

– Неоднократно различные политические деятели, близкие к властям, заявляли, что Гюлен не успокоился и готовит новый переворот, поэтому нужны репрессии в отношение его последователей в армии – с этим связывают и увольнение сотен офицеров. В целом же за последние 15 лет, что Эрдоган находится у власти, турецкая армия очень серьезно потеряла в политическом весе. Если до этого военные были реального главой политической силой страны, то сейчас армия действительно низведена до уровня просто вооруженных сил, находится в подчиненном положении у государства. И, разумеется, Эрдоган сделал все, чтобы после переворота исключить всех нелояльных офицеров и генералов. То есть армия, с одной стороны, ослаблена, с другой — лояльна властям. И вряд ли от нее можно ожидать переворотов в ближайшее время.

– Каковы, на Ваш взгляд, причины того, что США, являющиеся, помимо прочего, партнером Турции по НАТО, не спешат выдавать Гюлена Анкаре?

– Для США нахождение Гюлена на их территории является, пожалуй, важнейшим козырем и рычагом давления на турецкое руководство. С одной стороны, Вашингтон не хотел бы выдавать Гюлена, поскольку его последователи достаточно лояльно относились к США и – еще до путча, – были для американцев, возможно, инструментом некоторого влияния на власти Турции. После путча же политический вес Гюлена значительно вырос. И за его выдачу турецкая сторона, скорее всего, сделает все, что попросят американцы. В частности, Вашингтон сейчас крайне заинтересован в лояльности Анкары по сирийскому вопросу. И, если, например, США и Турция договорятся о возможных вариантах турецкого наступления в Сирии, Гюлен может стать разменной монетой.

– Насколько состоятельна версия об участии ЦРУ в организации переворота?

– Без всякого сомнения, США не нравился тот вектор политики Турции, который был намечен в мае 2016 года. Вашингтону была бы выгодна победа путчистов, поскольку они были связаны с США по нескольким линиям. Но все это требует очень серьезных доказательств. Если же говорить о России, то в интересах нашей страны – всячески поддерживать версию о том, что переворот устроило ЦРУ, и что предупреждение о готовящемся путче Эрдоган получил от Москвы. Это серьезно укрепляет российско-турецкие отношения.

Источник


Комментарии:

Добавить Комментарий

Яндекс.Метрика