«Срезать подушечки с мертвеца»: эксперты раскрыли тайны отпечатков пальцев

— А шестой пальчик на правой руке мы откатаем отдельно, — спокойно говорит дактилоскопист очередному клиенту. И, обращаясь к другому, расписанному цветными татуировками: — Глупо было с вашей стороны вытравливать отпечатки: узор проявится через неделю, вот увидите. Это я вам как «художник художнику» говорю.

«Срезать подушечки с мертвеца»: эксперты раскрыли тайны отпечатков пальцев

В работе дактилоскописта в наши дни переплелись и искусство, и наука, и… — детектив, одним словом. Элементарное изучение следов (профессионалы называют то, что оставили преступники на поверхности, не отпечатками, а следами) может привести к поистине удивительным открытиям. И ведь приводит! С другой стороны, порой непросто бывает убедить людей сдать свои «пальчики»: получившие 10–15 суток административного ареста за участие в митинге 26 марта 2017 года массово отказывались от процедуры дактилоскопирования.

Почему это происходит? Можно ли навсегда избавиться от узора на пальцах? Какие носки лучше носить, чтобы не оставлять отпечатков пальцев… ног? Как по «ножкам» ловили серийных убийц? Чтобы выяснить все это, обозреватель «МК» поработала сутки дактилоскопистом. Что из этого вышло (с комментариями уже полюбившегося читателям знаменитого карманника СССР Заура Зугумова) — в материале «МК».

«Пальчики» — дело семейное

Рассказ Заура Зугумова: «В один из жарких июльских дней меня вызвал в кабинет майор Даудов и огорошил, протягивая какую-то бумагу: «Вот результаты дактилоскопической экспертизы. Она определила ваши отпечатки пальцев, взятые из квартиры Идрисовых, которая была обворована два дня назад. Что вы можете сказать по этому поводу?»

Что я мог на это ответить? Я был в шоке. Ладно бы обвиняли в карманной краже на базаре, на вокзале или, на худой конец, в автобусе, но квартирная кража!.. Это было не мое.

Ясное дело, что я стал отпираться. Но что может быть весомее отпечатков пальцев, оставленных на месте преступления? Обычно, узнав об этом, почти любой вор перестает отпираться, справедливо полагая, что смысла в этом уже нет. А я, вор-рецидивист, который к тому времени уже имел за плечами 15 с половиной отсиженных лет и пять судимостей в придачу, клялся и божился, что не совершал этой кражи.

Согласитесь, начальнику было над чем призадуматься. «Говоря откровенно, я почему-то уверен, что ты говоришь правду, хотя факты и налицо. Отправляйся пока в камеру и подумай над тем, как могли оказаться отпечатки твоих пальцев в квартире Идрисовых». Его мучили два вопроса: почему в обворованной квартире были обнаружены только мои отпечатки пальцев и, что не менее интересно, на одном из осколков разбитой вазы из венецианского стекла?

У опытного сыщика складывалось впечатление, что либо меня кто-то умышленно хочет подставить, либо я уже был в этой квартире и держал вазу в руках. Он хорошо знал по опыту, что посадить человека не составляет большого труда. Порой бывает даже так, что все факты против него, как было в данном случае. А вот доказать невиновность многого стоит.

В общем, в итоге он нашел дочь потерпевших, она оказалась моей старой знакомой. Когда-то приглашала меня к себе в гости, показывала подарки, среди которых была ваза. Ну а потом эта ваза попала к ее родителям».

Утро, Петровка, 38. Кабинеты дактилоскопистов расположены отдельно от всех остальных сотрудников Экспертно-криминалистического центра ГУ МВД по Москве. Находиться здесь с мобильниками и прочими электронными предметами с потенциальной возможностью выхода в Интернет категорически запрещено. Хотя сеть дактилоскопических учетов (засекреченная база данных отпечатков пальцев) не завязана на Интернете, и потому взломать ее хакеры не могут.

Дактилоскописты Петровки занимаются самыми резонансными делами — громкими убийствами и кражами, когда преступников не удалось поймать по горячим следам. Им привозят для исследования предметы, которые порой являются единственным ключом к раскрытию преступления. Понимаете весь уровень ответственности?

А те, кто считает эту профессию вымирающей, ох как неправы.

— Дактилоскопию никогда никакой метод не вытеснит, — уверена эксперт Наталья Рыжова (она из династии дактилоскопистов). — Возьмем, к примеру, сканирование сетчатки глаза. Эта методика сегодня внедряется во многих сферах, но! Взгляд не оставляет следов на месте преступления. Или ДНК-анализ… Точнее его ничего нет, но опять-таки шансов обнаружить кровь, слюну или волос на месте преступления намного меньше, чем «пальчики».

Итак, моя «наставница» Наталья. Только о ней одной и ее семье можно написать целую книгу.

В первый раз пальчики у Натальи откатали, когда она еще говорить не умела. А куда деваться, если оба родителя — дактилоскописты.

«Срезать подушечки с мертвеца»: эксперты раскрыли тайны отпечатков пальцев

— Они познакомились здесь, на Петровке, — рассказывает Наталья. — Папа начинал с обычного эксперта, потом стал зам.начальника ЭКЦ (на тот момент ЭКУ ГУВД). Он занимался не только дактилоскопией, но и баллистикой, и другими видами традиционных экспертиз. А мама изначально сконцентрировалась на дактилоскопии (сейчас она главный дактилоскопист страны. — Авт.).

— Я в другой профессии себя не видела. Это правда очень, очень увлекательное дело.

«Друг, сюда нельзя! Тут следы»

Вызов на место происшествия. Эксперты с Петровки выезжают в крайних случаях — обычно и без них справляются специалисты районных подразделений. Но если дело покрыто тайнами и загадками, то это работа для Натальи и ее коллег.

С собой кроме удостоверения нужно брать «тревожный чемоданчик». Я бы даже сказала, что это целый чемоданище, поднять который не так просто. Что внутри?

— Все самое необходимое в нашем деле, — поясняет Рыжова. — Спирт — чтобы дезинфицировать, скальпель — чтобы сделать соскоб, тест на кровь — чтобы точно убедиться, что вещество бурого цвета — это та самая биологическая жидкость. Вот здесь лежат кисточки (в том числе магнитные), валики, краска, дактилоскопическая пленка. Это йодные трубки (для выявления следов рук на пористых поверхностях). Дальше в кармашках чемодана ждут своего часа ножницы, карты дактилоскопические, линейки, фотоаппарат, палочки для взятия эпителия…

Дактилоскописты — не следователи, они не знают всю фабулу уголовного дела. Есть только какие-то иксы и игреки в их уравнении, а найти нужно следы. Вот, скажем, абсолютно мокрая после дождя машина, на которой преступник преодолел часть пути. На дверях могли остаться отпечатки. Но ведь ливень все должен был смыть.

Или нет?

— Есть специальные спреи, которые делают видными следы на влажных поверхностях, — рассказывает Наталья. И показывает, как это работает. Пара пшиков, раствор стекает и обнажает отпечатки пальцев. Фантастика!

Вообще многие представляют, что эксперт приходит на место ЧП и все осыпает там порошком, который позволяет выявить следы. Но это не так. Если следы остались на сложных поверхностях, то их везут в лабораторию, а уже там они могут творить настоящие чудеса.

«Срезать подушечки с мертвеца»: эксперты раскрыли тайны отпечатков пальцев

Что чаще всего везут в лабораторию? Оружие, упаковки от наркотических веществ, документы, посуду и другие бытовые предметы. Окурки с места происшествия в последнее время дактилоскопистам не приносят: у них маленькая контактная поверхность, потому лучше сразу искать не следы, а ДНК.

Итак, методик исследования поверхностей много. Самая популярная и простая — обрабатываем порошком, далее берем дактилоскопическую пленку, разглаживаем и переносим на подложку. Теперь этот след мы можем исследовать.

— Порошок может быть темным (если поверхность светлая) или светлым (если она темная), — продолжает Наталья. — Зачастую используется не простой, а магнитный порошок. И кисточка в этом случае должна применяться такая же, а не с обычными ворсинками. Чем она хороша? Не контактирует с поверхностью и не портит следы папиллярного узора.

Вообще дело не в сложности, дело во времени, — поясняет Наталья. — Дольше всего след проявляется на пористых поверхностях, к примеру, на бумаге. Мы обрабатываем их химией — должно пройти больше суток для получения результата.

В холодильной камере стоят десятки емкостей с жидкостями. Вместо названий — сложные химические формулы.

Еще один способ выявить следы — с помощью йода. Эта методика быстро, почти мгновенно помогает увидеть то, что недоступно глазу. Кристаллы йода можно положить в какую-то емкость, туда же поместить объект, закрыть — и все это на паровую баню. Йод моментально оседает на следах — и вот они (так и хочется сказать, что видны как на ладони)!

Пистолеты, металлические предметы и полиэтиленовые пакеты чаще всего эксперты помещают в специальные камеры. Там при определенных условиях на них оседает некое реактивное вещество. Положил — вытаскиваешь, а следочки уже видны. Есть камера в виде большой трубы, ее особенность в том, что там создается вакуум. В остальном принцип тот же.

«Выжигать кислотой смысла нет»

Еще читать  Иркутский депутат, занимавшаяся упражнениями на фоне гробов извинилась перед россиянами

Тысячи узоров на пальцах изучила Наталья. Не нашла ни разу двух идентичных.

— У близнецов они похожи в целом (к примеру, есть общие признаки — петли), но если присмотреться, то будет масса различий. То, что рисунок меняется со временем — тоже миф. Могут появиться дополнительные складки, морщинки (чем старее кожа, тем больше дополнительных включений). Но, кстати, они сами по себе могут являться признаками. Могу ли я определить по узорам, чем занимается человек, какая у него профессия? Можно предположить. Скажем, у сварщиков на папиллярном узоре точечки, похожие на потертости. У тех, кто работает с химическими препаратами, рисунок менее ярко выражен. То же самое у продавцов фруктов и овощей.

Эксперты объясняют, что существует три основных типа узора — дуговой, петлевой и завитковый. Дуговой встречается реже всего, петлевой — чаще. Бывают комбинированные узоры, которые попадают в отдельную категорию. Могут они свидетельствовать о каких-то наклонностях? Ученые на этот счет спорят до сих пор.

— Я везде замечаю следы рук — в метро, в магазине, в офисах, — признается Наталья. — Обычные люди их не видят, а я вижу. И сразу мысль: вот ведь человек, удивительное существо, которое не может не наследить. Но появилась и какая-то брезгливость. Я понимаю, что, даже если следов не видно, везде они есть, и это не что иное, как потожировые вещества.

Скорость их выделения такова, что если вы только что помыли руки и вытерли, то, взявшись тут же за кружку, вы оставите следы.

Есть способ не оставлять отпечатков пальцев? Криминальные авторитеты в свое время спонсировали ряд исследований на эту тему. Но, видимо, успехом те не увенчались, раз за решеткой в итоге все они оказывались. Впрочем, несколько лет назад московский пластический хирург Александр Тепляшин объявил, что изобрел метод стирания папиллярных линий на пальцах с помощью лазера (того самого, которым удаляют рубцы, папилломы и т.д.).

— Дело в том, что все «выжигания» узора приводят к тому, что образуются шрамы, которые сами по себе являются особыми приметами, — говорит Наталья. — К тому же узор восстанавливается через какое-то время. Грамотные преступники давно знают, что именно по этой причине нет смысла его выжигать кислотой или срезать. Он проявится все равно.

Некоторым людям «повезло» — у них отпечатков никогда не было благодаря генетической аномалии: отсутствует белок, отвечающий за формирование папиллярного рисунка. Но таких единицы, и им, кстати, несладко приходится. Один из нашумевших случаев произошел в 2007 году с гражданкой Швейцарии. Девушка не смогла пересечь границу с США именно потому, что у нее отсутствовал рисунок на кончиках пальцев. Напрасно она уверяла пограничников, что причина в аномалии. Нет отпечатков — нет возможности определить личность — нет путешествий.

В Интернете полно советов по поводу того, как избавиться от отпечатков. Есть даже совершенно безумные: к примеру, чистить круглыми сутками ананасы или пройти курс химиотерапии. «Легче «подменить» отпечатки пальцев, — пишет некий специалист на форуме, посвященном этой теме. — Срезать подушечки с другого человека (лучше неживого, особенно если нужны отпечатки абстрактного человека), а потом приклеить к своим». Напоследок мастер желает «удачной деформации».

Шестипалые против трехпалых

Заур Зугумов: «Москва. Мне не было еще 14 лет. Живу с дедом на старом Арбате. Взяли на дело из-за того, что подавал большие надежды в плане воровском и был очень маленький ростом, а значит, и пролезть мог куда угодно. Хату брали на Соколе. По сути, это был перевалочный пункт одного из высокопоставленных чиновников пищевой промышленности. Поживиться было чем, в холодильнике в том числе. Черная икра была одним из деликатесов, ее хозяин съедал по три банки за раз. Как сейчас помню, на кухне стояло три холодильника «ЗИЛ», в то время самых дорогих и качественных. И все они были забиты съестным.

Отпечатков пальцев мы не оставили в хате. Я хоть в основном и таскал краденое в «Победу», которая стояла за углом, но видел, как мои подельники тщательно протирали поверхности.

«Срезать подушечки с мертвеца»: эксперты раскрыли тайны отпечатков пальцев

Но прошла неделя — и все участники кражи сидели в Бутырке (меня же не посадили потому, что не исполнилось еще 14 лет). Криминалисты исследовали холодильники, точнее, ручки и дверную часть, но верхний край ими не был до конца исследован. А ведь, кто помнит, холодильники «ЗИЛ Москва» не так легко было закрыть: либо с силой хлопали дверь, либо это делалось с двух раз: сначала брались за ручку, а потом за поверхность холодильника. Но те, кто вырос на улице, закрывали холодильники детским способом «отбивная»: пальцами руки вы прикасаетесь ко лбу проигравшего, давите на него и неожиданно резко бьете по лбу той крепкой частью ладони, которая переходит в запястье.

Следователь об этом вспомнил. В общем, дополнительная экспертиза нашла отпечатки не пальцев, а именно той части ладони, которой дети били по лбу и которой с бравадой закрывали холодильник мои подельники. А каким образом берут отпечатки, не секрет. Сначала пальцы, а затем уже и ладонь. Так что доказательства были налицо, точнее, на ладонях преступников».

Как берут отпечатки пальцев, многие видели не только по телевизору. Да что там — примерно десятая часть россиян их сдавала, чтобы получить визу в Европу или Америку. В визовых центрах и посольствах вся процедура занимала не больше минуты. Люди прикладывали свои пальчики к сканеру, так что мыть руки после этого не приходилось.

— А мы используем краску и валик, когда берем отпечатки, — говорит Наталья. — Это самый проверенный метод, поверьте, хотя и зависит от опыта дактилоскопирования. Процедура занимает примерно такое же время, единственное — человек тратит еще минуту-две, чтобы смыть краску водой или стереть ее влажными салфетками. Но проблемы в этом никто не видит.

У меня в руках новомодный портативный прибор для снятия отпечатков пальцев (подарок американцев одному российскому дактилоскописту). Похож на планшет. Сначала нужно палец потереть об одну сторону, а потом провести им по термобумаге. И вот отпечаток проявился.

— В принципе удобно такой брать на место происшествия, — выносит ему вердикт Рыжова. — В квартире потерпевших он позволит моментально взять у них отпечатки и сравнить — следы на предметах принадлежат им или это чужие, а значит, требующие более тщательного изучения.

Стандартная дактилокарта предусматривает места для отпечатков пяти пальцев каждой руки. Но среди подозреваемых и обвиняемых есть шестипалые. Как быть? В этом случае эксперты делают пометки в «примечаниях» и «особых отметках» и туда же помещают сам шестой отпечаток. Впрочем, чаще им попадаются трех- и четырехпалые. Не обязательно это какая-то аномалия, обычно речь идет об ампутации пальцев в результате ДТП и прочих несчастных случаев. Эксперты говорят, что брали отпечатки даже у дву- и однопалых. Возможно, в этом есть некая закономерность: сначала судьба человека предупреждает о его неправильном поведении травмой, а потом уже отправляет в тюрьму.

— Кстати, мы ведь не только следы рук исследуем, но и следы босых ног, — говорит Наталья. — Просто это очень редко встречается. Но бывали случаи, когда преступник зачем-то разувался. А на его носке была дырка! И оставался след (на пальцах ног ведь точно такие же папиллярные узоры, как на руках).

Эксперты считают, что если бы «пальчики» сдавали все повально, то преступления бы раскрывались в несколько раз быстрее, проще было бы находить без вести пропавших, опознавать трупы. Что им на это возразить? Не знаю. Может быть, то, что в нашей стране от тюрьмы да от сумы не зарекаются даже самые законопослушные. Может, потому они и не спешат сдавать «пальчики»?

Между административно арестованными за участие в марше 26 марта 2017 года и сотрудниками столичных спецприемников возник целый конфликт. Первые отказывались давать свои отпечатки пальцев. Дескать, они не совершали преступления, а значит, процедуру дактилоскопирования проходить не обязаны. Правоохранители в ответ на это ссылались на Федеральный закон «О порядке отбывания административного наказания». Там есть пункт, где сказано, что помимо личного досмотра и фотографирования в отношении лиц, подвергнутых административному аресту, проводится обязательная государственная дактилоскопическая регистрация. Арестованные сейчас намерены признать этот пункт недействительным. А пока… Тех, кого не удалось уговорить, не «откатывают». Ну не привязывать же их на время взятия отпечатков пальцев?

Источник


Комментарии:

Добавить Комментарий

Яндекс.Метрика