Foreign Policy: Киев тоже разжигает войну на востоке Украины

Foreign Policy: Киев тоже разжигает войну на востоке Украины 

Перевод статьи, опубликованной на сайте Foreign Policy 6 февраля

 

Приглушенная позиция Белого Дома не только ободряет Кремль, но и подстрекает политику войны в Украине

 

Менее чем через две недели после инаугурации Трампа полномасштабная война вернулась в Украину.

 

Начиная с 29 января начались обстрелы прифронтовых военных и
гражданских объектов, в результате которых погибли и солдаты, и мирные
жители. Одна шестидесятилетняя женщина погибла в результате
сепаратистского обстрела по дороге из своего дома в магазин; 24-летний
медик погиб в результате разрыва снаряда возле машины скорой помощи,
которой он управлял. Бои разрушили большую часть водной и энергетической
инфраструктуры, возвращая регион в состояние гуманитарного кризиса, от
которого могут пострадать сотни тысяч человек, потому что температура
опустилась ниже нуля по Фаренгейту.

 

Само собой разумеется, что возобновление военных действия на востоке
Украины каким-то связано образом с политическим событием, которое имело
место за 9 дней до того – инаугурацией Трампа. Однако его избрание
влияет на войну и мир на Донбассе двумя способами. Президентство Трампа,
по мнению аналитиков, подогревает не только российскую агрессию. Киев
тоже стал менее склонным к компромиссу, потому что политика Вашингтона в
контексте данного конфликта остается неопределенной.

 

До прошлой недели все угрозы полномасштабных боевых действий утихали в
соответствии со вторыми Минскими договоренностями от февраля 2015 года.
Время от времени сепаратисты и правительственные войска обменивались
мелкими ударами, но ничего из этого не напоминало значительного
столкновения.

 

Все изменилось 29 января, когда в Авдеевке начались бои. Более двух
десятков гражданских и солдат погибли, и еще многие получили ранения в
результате артиллерийских обстрелов, которые ОБСЕ охарактеризовала, как
самые тяжелые за всю историю конфликта, начавшегося в 2014 году. Прошла
неделя, и украинские солдаты, укрепив свои оборонные позиции, подвели
ближе к фронту тяжелое вооружение, включая танки, хотя Минские
соглашения запрещают такого рода технику вблизи линии разграничения.

 

Киев обвиняет Россию в новом витке насилия, и этому есть некоторые
доказательства. За три дня до начала боевых действий Александр
Мотузянык, пресс-секретарь Минобороны Украины, предупредил о
сосредоточении российских войск на границе с Украиной в Ростовской
области; на следующий день Россия предупредила Постоянный Совет ОБСЕ о
высоком риске эскалации конфликта. Но, в отличие от предыдущих
полномасштабных боевых действий, нет никаких доказательств тому, что
регулярные российские войска принимают участие в боях.

 

Однако продвижения Киева вперед также внесли свой вклад в разжигание
войны. Отказавшись от политики размежевания прошлой осенью, Украина
производила вторжения в «серую зону» все чаще – это ничейная территория
между правительственными позициями и сепаратистами, которую обе стороны
пытаются захватить с момента провала первых мирных договоренностей в
сентябре 2014 года. Сепаратисты также произвели несколько вторжений в
эту зону за недавнее время. «Серая зона» на востоке Украины стала очагом
напряжения. Во многих местах вдоль линии фронта всего несколько сотен
ярдов отделяет противоборствующие стороны.

 

Обе стороны были раскритикованы ОБСЕ и другими организациями, которые
считают, что сокращение расстояния между позициями может привести к
насилию. За несколько дней до начала боевых действий заместитель главы
мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине Александр Хуг выразил
обеспокоенность по поводу наращивания сил и тяжелого вооружения в «серой
зоне», предупреждая о том, что локальные мирные договоренности могут
побудить обе стороны, включая Украину, создать новые «реалии», чтобы в
будущем вести переговоры с позиции силы.

 

В то же время, Администрация президента Украины использовала ситуацию,
чтобы напомнить Трампу о цене сближения с Путиным: «Обстрелы
массированные. Кто осмелится говорить о снятии санкций в таких
условиях?», — эти слова произнес Порошенко в видеообращении от 31
января. Путин же обвинил Украину в эскалации насилия с целью «наладить
отношения с новой Администрацией в Белом Доме», потому что киевское
правительство ставило на кандидатуру Клинтон. Российский президент также
отметил, что Украина «нуждается в деньгах прямо сейчас, и лучшим
способом их получить от ЕС, США и финансовых организаций, это сделать из
себя жертву агрессии».

 

Приглушенный ответ Госдепартамента на возобновленные бои, в котором
ничего не сказано о российском вмешательстве, только подогрел
неопределенность для всех участников конфликта. Аналогичным образом,
формулировка заявления Белого Дома после разговора Порошенко и Трампа 4
февраля поднимает вопросы о понимании Администрацией войны на Донбассе. В
заявлении сказано «длительный конфликт Украины и России», но не сказано
о роли России в подогревании и обострении военного противостояния. И
хотя постпред США в ООН Никки Хейли осудила российскую агрессию в
Украине, а также настояла на сохранении санкций, связанных с аннексией
Крыма, она не сказала о санкциях в контексте Донбасса и действий Кремля
там.

 

И хотя украинское правительство действительно ищет пути налаживания
отношений с Администрацией Трампа, оно неуверенно ищет способы
установить мир на Донбассе. Порошенко посетил Берлин 30 января, но этот
визит был прерван из-за возобновленных боев. Президент должен был
обсудить с канцлером Меркель, как «заставить Минские соглашения
работать», — такое мнение высказала Алена Гетманчук, директор Института
мировой политики в Киеве.

 

До избрания Трампа условия киевского правительства были ясны: Украина
не пойдет на политические уступки и местные выборы в сепаратистских
регионах, пока тяжелое вооружение не будет отведено от линии
разграничения и пока контроль над восточной границей с Россией полностью
не перейдет к украинскому правительству. Гетманчук сказала, что на фоне
избрания Трампа и колеблющейся поддержки Вашингтона Киев готов
рассмотреть менее идеальное соглашение, если Россия покажет, что готова
на компромисс. Украина весьма уклончиво дает понять, как все это будет
выглядеть.

Еще читать  США пытаются спасти ГТС Украины с помощью санкций

 

Заставить работать Минские соглашения – это всегда было легче сказать,
чем сделать. Несмотря на Трампа в Белом Доме и перспективу потери
значительной поддержки, украинская общественность и политическая элита
весьма неохотно идут на любые сделки на востоке Украины. Согласно
общественным опросам, война на Донбассе является главной темой для
украинцев, только 9,2% населения поддерживают Минские соглашения.
Общественность, в целом, негативно относится к компромиссу в данном
конфликте.

 

29 декабря влиятельный украинский олигарх Виктор Пинчук вызвал шквал
протестов в Киеве, заявив в статье для WSJ, что «Украина должна пойти на
болезненные компромиссы с пророссийскими сепаратистами». По его словам,
Крым не должен «стоять на пути» мирного процесса и проведения выборов
на оккупированных территориях. Кроме того, Украина «должна отказаться от
своих стремлений присоединится к ЕС». Статья была резко раскритикована
украинскими чиновниками и политологами, а самого Пинчука назвали
«пропутинским», тем самым превратив бизнесмена и его приближенных в
политических изгоев. Украинское правительство также ударило по Пинчуку
менее чем через неделю: заместитель главы Администрации президента
написал ответ Пинчуку в WSJ, в котором было сказано, что предложения
Пинчука «играют на руку России и провоцируют только больше агрессии и
людских страданий». Пинчук был вынужден отступить, написав еще одну
статью для Украинской Правды, в которой заявил, что его не так поняли, а
материал в WSJ был отредактирован для американской аудитории.

 

Однако множество источников, близких к Администрации президента,
утверждают, что за историей есть нечто большее. Предполагается, что
выпуск статьи Пинчука был организован политическими консультантами
Порошенко для того, чтобы измерить готовность украинцев к компромиссу и
заявить то, что Трамп хочет услышать, поскольку и Порошенко, и Пинчук
стремятся наладить отношения с новым американским президентом. Тем не
менее, оба, кажется, недооценили общественного мнения: украинцы считают
компромисс провокационной темой.

 

Даже те, кто призывал к менее резкому компромиссу, также подверглись
критике в Украине. Надежда Савченко, украинский пилот, находившаяся в
заключении в России по политически мотивированным обвинениям и ставшая
за это время героем, была осуждена как предатель сторонниками жесткой
линии, поскольку заявила, что «только мирное решение» положит конец
войне на Донбассе, а чтобы вернуть подконтрольные сепаратистам
украинские земли на востоке, нужно отставить «Крым на задний план».

 

Некоторые в Киеве расценивают жесткую линию в качестве правильной
политики. Одним из таковых является секретарь СНБО и бывший и.о.
президента сразу же после Революции Александр Турчинов, который
выступает за продвижение украинских войск в «серую зону». Это «ползучее
наступление» — политика, известная среди военных аналитиков и украинских
СМИ, кажется, направлена на то, чтобы заручиться поддержкой той части
общества, которая критически смотрит на Минские соглашения и хочет
видеть более твердую позицию в контексте конфликта на востоке страны.

 

В декабре Турчинов также выступил за полную блокаду сепаратистских
регионов, чтобы приостановить поток нелегальных товаров на
неподконтрольные территории. Это стало оправданием для украинского
наступления вблизи населенного пункта Новолуганское в декабре 2016 года –
одного из самых значительных вторжений за последние месяцы. Позиция
Турчинова больше связана с его политическими амбициями, чем с
неопределенностью, привнесенной Трампом: ходят слухи, что в будущем он
может баллотироваться в президенты.

 

Популярность позиций таких людей, как Турчинов, вынудила даже тех, кто
изначально выступал за мир, высказывать более жесткое мнение. Порошенко
победил на выборах в мае 2014 года, выступая за мир, и его партия,
«партия мира», противостояла более воинственной партии Арсения Яценюка. В
сентябре 2015 года Порошенко начал отходить от позиции мира, потому что
она становилась все менее популярной, примерив, в конце концов, мантию
войны после развала коалиции Яценюка и его отставки в апреле 2016 года.
«К зиме 2015-16 годов уже не было групп, выступающих за мирное решение»,
— уверен Михаил Минаков, президент Фонда качественной политики и
профессор в Киево-Могилянской Академии.

 

Отсутствие существенной оппозиции воинственной риторике Порошенко
означает, что многие придерживаются мнения, что мир может быть отвоеван
только посредством войны. Но, если предыдущие Минские соглашения
являются хоть каким-то путеводителем, Украина не навяжет свои условия
России и сепаратистам: Украину вынудили принять первые и вторые Минские
договоренности на российских условиях, потому что украинская армия
понесла значительные потери в кровавых боях за Иловайск и Дебальцево, в
которых принимали участие и российские отряды. Если в Киеве не пойдут на
более компромиссный подход, это, скорее всего, станет парадигмой для
всех мирных соглашений, где бы они ни были подписаны.

 

Все это показывает, каким может стать конфликт на востоке Украины без
Вашингтона и ведомой им украинской коалиции в мирном процессе. Бывший
вице-президент Джо Байден, который занимался украинским вопросом в Белом
Доме и регулярно контактировал с Порошенко, отвечал за подавление
ястребиных импульсов в Киеве и заставлял правительство оставаться
приверженным Минским соглашениям. На данный момент насилие на востоке
Украина рассматривается в Вашингтоне как действия осмелевшего Кремля. Но
ситуация на востоке Украины носит комплексный характер, она зависит от
внутренних факторов в той же степени, что и от международных. «На данный
момент партии мира в Украине нет», — подытожил Минаков.










Комментарии:

Добавить Комментарий

Яндекс.Метрика